Пещеры Челябинской области. Игнатьевская пещера

Главная | Анкета | Рекомендовать | Обратная связь | В избранное | Сделать домашней

Навигация

Спелеофото

Киселевская пещера
Киселевская пещ ...

_DSC9992+
_DSC9992+

Пещера Сухая Атя
Пещера Сухая Ат ...

_DSC0472+
_DSC0472+


Галерея


Книги по спелеологии

Реклама
Пещеры Челябинской области, спелеология

Колумбы 6 океана - Красный флаг над гротом "Юношеский"
Статьи о пещерах пещеры челябинскС.М. Баранов. Колумбы шестого океана.- Челябинск: ЮУКИ, 1987. С.19-29

   Близки в подлунном мире неспроста
 Понятия «мечта» и «высота».

   В мае 1969 года в Саткинском районе на реке Аи, вблизи Кургазакской пещеры, мы провели первый сбор спелеотуристов Челябинской области. Кроме прохождения уже известных пещер этого района был предпринят разведочный выход для поиска новых на Улуюре — небольшой горной речке, впадающей в Аи ниже деревни Алексеевки. В группу, которую возглавил В. В. Илюхин — тогдашний председатель Центральной секции спелеотуризма, приехавший из Москвы к нам на сборы, вошло несколько слушателей и инструкторов учебных отделений.
   Целый день мы затратили на осмотр скальных берегов реки Улуюр и, не найдя ничего интересного, приняли решение возвращаться обратно, в базовый лагерь в Кургазакском логу. До лагеря было еще очень далеко, а мы весь день провели на ногах и уже чувствовали сильную усталость. Потому предложение В. В. Илюхина немного отдохнуть на берегу реки Аи у Алексеевской фермы было принято всеми с энтузиазмом.
   Мы сошли с дороги и, пройдя сквозь небольшой редкий лесок, оказались на обрыве этой реки. Здесь и решено было отдохнуть. Удобно устроившись на согретых весенним солнцем камнях, мы любовались открывающейся с обрыва панорамой реки. Отсюда, почти со стометровой высоты, хорошо видна внизу ее узкая лента. Зажатая в скалистых берегах, она стремительно несет свои мутные, шоколадного цвета, весенние воды сквозь каньон, играя на многочисленных перекатах белой пеной струй. Снизу чуть слышно доносится гул беснующейся в каменных тисках реки. Прямо под нами она делает петлю, вписываясь в крутую дугу скального цирка из береговых утесов. Они прямо из воды взметнулись вверх на 90—100 метров. В отдельных местах вертикальная скальная стена берега рассечена глубокими крутыми ущельями-кулуарами.
   Долго любуемся мы этой величественной панорамой долины, восхищаемся мощью и упорством реки Аи, которая сумела прорваться через каменные теснины. Кто-то из наших инструкторов обращает общее внимание на темное, малозаметное отверстие в обрыве центрального утеса. Оно уже начинает скрываться в тени соседних скал, закрывающих стену от лучей вечернего солнца. Само отверстие расположено чуть выше середины обрыва, на высоте 50—60 метров от подножья скалы. Интересно, что там находится^: ниша, грот, пещера? Но добраться к выходу этой темной дыры в скале без снаряжения ни снизу, ни сверху невозможно. Совершенно вертикальная стена со множеством нависающих участков и редкими горизонтальными полками-уступами — свидетельство неприступности.
   Вновь мы вернулись сюда только в ноябре. Опять, как и весной, огромная поляна на берегу реки Аи у места впадения в нее реки Каменки стала местом проведения очередного областного сбора спелеологов. Снова начались занятия с отделениями новичков, снова учебные спуски под землю. Но теперь в программе сбора было предусмотрено также время и для осуществления попытки штурма того загадочного грота на стене «Больших притесов» — именно так именуют местные жители скальный цирк у Алексеевской фермы.
   В составе сбора находилась большая группа коркинцев, которую возглавлял Леонид Маркелович Кустов — руководитель местного юношеского клуба геологов. Было решено, что коркинцы и станут основной силой при штурме грота на обрыве. В качестве консультантов-наблюдателей Кустов пригласил на штурм трех челябиыцев: первого председателя областной секции спелеотуризма М. Зайделя, членов клуба «Плутон» А. Окунева и автора этих строк. Штурм было решено провести 7 ноября.
   В тот день мы заранее пришли в лагерь коркинцев. Они расположились отдельно, на поляне, у входа в Кургазакскую пещеру. В лагере шла интенсивная подготовка к выходу на штурм грота. Большие 100-метровые капроновые веревки ребята растягивали по поляне, тщательно проверяли отсутствие на них различных повреждений, а затем аккуратно укладывали их в бухты ровными кольцами. Сам же Л. М. Кустов был занят проверкой радиостанций. Их собирались применить для организации связи при спуске по скале.
   Через полчаса, вдоволь напившись горячего и душистого чая и завершив подготовку, выходим из коркинского лагеря в расположение грота. У фермы группа разделилась. Отсюда к реке ведет пологий спуск, и вниз во главе с Татьяной Кивенко отправляются несколько человек с радиостанцией. Эта довольно сложная система связи вызвана тем, что сразу же за перегибом скалы стоящие на страховке люди не видят и не слышат команд спускающегося. После разделения большая часть нашей группы направилась к вершине скалы над гротом.
   Выпавший накануне снег накрыл окрестные поля и перелески. И в этом белом мире резко выделяется лишь только темно-зеленый массив соснового бора на противоположном берегу, да черная лента реки, дымящейся на холоде.
   Около десятка сосен и берез небольшой стайкой собрались на самом краю обрыва. Круглый год они открыты всем ветрам, вот поэтому-то и вцепились намертво своими узловатыми корнями в каменистую почву вершины скалы. Сброшены на землю тяжелые рюкзаки и бухты веревок. Без лишних напоминаний группа обеспечения сразу же начинает заниматься своими делами: собирает дрова, разводит костер и кипятит чай. На пронизывающем ноябрьском ветру, свободно разгуливающем на открытом плато, горячий чай будет как нельзя кстати.
   Участники группы штурма подыскивают точки закрепления веревок для спуска и страховки. Один из них, пристегнувшись к страховочной веревке, выходит на самый краешек обрыва и машет вниз рукой, привлекая к себе внимание и указывая на наше местонахождение. По рации вниз уходит запрос: «Укажите, здесь ли грот?» Снизу сообщают, что нам нужно перейти на 10—15 метров левее, там находится ось входа в грот. Корректировщик передвигается левее и точно устанавливает место для спуска вниз, к гроту. Теперь можно навешивать веревки. Их концы закрепляются за самые крепкие деревья: спусковая веревка сбрасывается вниз, вдоль всей скалы, а страховочная прикрепляется к грудной обвязке Л. М. Кустова.
   Наконец все готово, и Леонид Маркелович делает первый шаг за край обрыва. Теперь только страховочная веревка, медленно уползающая в бездну, связывает людей наверху с человеком, осторожно спускающимся по стене. По рации нам сообщают снизу о действиях спускающегося, передают по эфиру его команды на страховку: «Мягче! Закрепи!» Когда из стометровой бухты страховочной веревки вниз ушла примерно треть, по рации передали, что Кустов находится на маленькой скальной полочке у грота. Ребята на страховке предельно собраны — сейчас предстоит самая серьезная часть штурма. По горизонтальной полке (не более полуметра шириной) нужно, балансируя над бездной, пройти внутрь грота.
   Вбивая в расщелины скальные крючья и навешивая на них перильную веревку, Кустов медленно приближается к темному отверстию в скале и затем исчезает в нем. Мы приветствуем это известие громкими криками радости. Проходит несколько томительных минут ожидания, по рации нам сообщают, что в отверстии грота вновь показалась фигурка человека. Кустов возвращается по полке к спусковой веревке и просит подстраховать его при проходе вниз, к подножию скалы. Но что же было там, в гроте? Почему Леонид Маркелович вернулся так быстро? Поступает команда на снятие всего снаряжения и возвращения в лагерь. В полном неведении о причинах столь быстрого завершения штурма снимаем снаряжение, упаковываем его и выходим к ферме. Там нас уже поджидают. Из разговора с Кустовым узнаем обо всех деталях его шествия по стене. Скала оказалась сильно разрушенной, постоянно таила в себе опасность внезапного камнепада. На 26-м метре вниз от края обрыва находится горизонтальная скальная полочка длиной шесть-восемь метров. Ее ширина не более полуметра, и она приводит со стены прямо в грот. При движении по ней необходима навеска страховочной перильной веревки. Сам грот — отверстие в скале прямоугольной формы — два на три метра. Сразу от входа, через четыре метра, вниз уходит колодец неизвестной глубины. Зажженная и брошенная в него бумага осветила его частично, затем ее втянул в боковую щель мощный поток воздуха. А это значит, что там должна быть большая пустота.
   Так как у Кустова не оказалось с собой лестницы для того, чтобы опуститься в этот колодец, да и ноябрьский день был уже на исходе, он принял решение не начинать спуск в грот других людей, а ограничиться лишь внешним осмотром. К тому же и так стало ясно, что на стене находится настоящая пещера. Кустов предлагает назвать грот
   «Юношеский» в честь клуба юных геологов города Коркино. Принципиальных возражений нет, и отныне за темным отверстием в скалах «Больших притесов» закрепляется это наименование.
   Немного разочарованные столь неожиданным окончанием сегодняшнего выхода, возвращаемся в лагерь. По дороге продолжаем обсуждать детали штурма, а потом, вполне естественно, начинаем строить планы на будущее. Колодец и сильный поток воздуха — все это говорит за то, что на стене не простая ниша или грот. Здесь должна быть серьезная пещера, но вот какой длины и глубины — это предстоит уже выяснить в следующий раз, при новом штурме.
   Уже к третьему мая 1970 года на месте базового лагеря у Кургазакской пещеры собрались полным составом челябинцы, коркинцы и один представитель Свердловска. Это был Михаил Загидуллин, как оказалось, опытный спелеолог, участник многих сложных экспедиций в пещеры Урала и Кавказа. Миша начал заниматься спелеологией почти с самого момента зарождения этого вида туризма у нас в стране, поэтому мы очень рассчитывали на его знания и опыт.
   Весь состав штурмовой группы на месте, здесь же и большая группа обеспечения. Нет только Кустова.
   День штурма уже с самого раннего утра радует нас ярким солнцем. Правда, ветер тоже есть. А вот он-то как раз нам и не нужен. Дело в том, что в узком скальном каньоне у грота его сила и без того велика, как в трубе, и это может сильно помешать. Ветер будет перепутывать висящие вдоль стены веревки с телефонным кабелем, относить в сторону голоса наших команд. Ну что же, будем надеяться, что к началу штурма он хоть немного стихнет. А сейчас плотный завтрак, недолгие сборы, пожелания успеха от остающихся в лагере и в путь.
   Как и в прошлый раз, расстаемся с группой связистов у фермы. Юра Ретюнский — коркинский альпинист и спелеолог и еще двое ребят будут обеспечивать наш штурм снизу. В их задачу входит поддержание телефонной связи на участке «вершина скалы — грот — подножье», а потом, на заключительной стадии штурма они помогут нам с транспортировкой снаряжения.
   Основная группа прямиком направляется к месту начала штурма. Издалека видим ярко-оранжевую палатку — значит Кустов уже здесь. Да вот и он сам встречает нас у обрыва со своими ребятами. Они уже успели немного выспаться после ночного перехода и теперь готовы включиться в работу. В общем-то, все участники давно знают свои обязанности и поэтому без лишних напоминаний берутся за их выполнение.
   Закреплен концом за дерево, а затем сброшен вниз полевой телефонный кабель. Через несколько минут заливистая трель телефонного аппарата извещает, что связь между верхом скалы и ее подножием установлена. К наиболее толстым и надежным деревьям привязаны спусковые веревки: одна по оси грота, другая — на пять-семь метров левее ее. Рядом ровными кольцами разложены стометровые бухты страховочной веревки. Вниз сбрасывается конец первой спусковой. Со свистом за несколько секунд сматывается она с короткой жерди, на которую была предварительно уложена ровными аккуратными кольцами. Снизу по телефону нам сообщают: «Все в порядке! Веревка дошла до основания скалы». Вслед за ней за кромкой обрыва исчезает и вторая. И опять снизу подтверждают: «Веревка по стене легла ровно!» Теперь настает очередь для спуска людей.
   Вначале вниз пойдут только двое: я и Владимир Трушков из Коркино. Мой напарник—отличный скалолаз и альпинист. Годом раньше он здесь, на этих скалах, выполнил норму второго разряда. Поэтому ему и доверено организовать навеску перильной веревки на скальной полке стены. Следом за нами, но только после того как мы уже попадем в грот, на спуск пойдет Миша Загидуллин из Свердловска. Об этом мы дадим сигнал из грота. Володя Трушков в последний раз советуется с Кустовым о способах прохождения и навески перил на полке у грота. Я же пытаюсь поудобнее закрепить на поясе металлическую кошку со шнуром. А время подсказывает: пора приступать к штурму! Вниз по кабелю уходит сообщение: «Начинаем спуск первых участников!» Кустов проверил нашу экипировку, туго завинтил муфты карабинов на страховочных веревках.
   Движение начинаем одновременно и, чтобы не скинуть друг на друга камни, ехать по веревкам должны с одинаковой скоростью. Здесь многое будет зависеть от четкости исполнения наших команд, оперативности связистов и надежной работы людей на страховке. В специальные спусковые устройства, изготовленные из толстой пластины алюминия и именуемые среди спелеологов «рогатками», заправлена капроновая веревка. Спуск на «рогатке» производится за счет сил трения веревки о плоскости устройства.
   Скорость при этом регулируется самим спелеологом от почти свободного падения до очень медленной. Предусмотрена даже возможность полной остановки на любом этапе.
   Как ни надежно наше снаряжение, как ни ответственны ребята на страховке, а все-таки в последнюю минуту в душу закрадывается предательское волнение. Ведь скала по высоте равна дому в добрых 30 этажей. Немного завидую Трушкову — он скалолаз и с такими высотами давно на «ты».
   Вслед за Володей делаю несколько шагов к обрыву. Еще одно усилие над собой — и следующий шаг уже в бездну. Заскрипела под тяжестью моего тела веревка, страховочный ремень плотно охватил грудь. Теперь я полностью повисаю на веревке и отталкиваюсь от стены ногами. Вверху, внизу и за спиной глубокая голубая бездна, ощущение страха перед высотой уже прошло, а на смену ему появилось ощущение легкости, свободы и полета. Наверное, точно такие же чувства испытывают во время прыжков парашютисты.
   Отсюда, с высоты птичьего полета, прекрасно видна долина реки, окружающие ее горные хребты с зеленым частоколом лесов. Как и обычно весной, Аи переполнен вешними водами, он бурлит и клокочет, силится сдвинуть огромные глыбы известняка, скатившиеся с утесов в его русло. Далеко внизу, на большом конусе осыпи расположилась с телефоном группа Юрия Ретюнского. Они следят за нашим спуском и громкими криками подбадривают нас.
   Постепенно освоившись на стене, осматриваю скалы и обращаю внимание Трушкова на «живые» камни на его пути. Их обязательно нужно сбросить вниз, очистить маршрут, иначе при рывках веревки или спуске другого участника камни могут сорваться и принести беду. Предупреждаем об опасности камнепада расположившихся внизу ребят и начинаем чистить свои участки, сбрасывая с полок и уступов ненадежно висящие и лежащие камни. Они со свистом и грохотом устремляются вниз, а через несколько секунд полета с пушечной канонадой разлетаются внизу мелкими осколками.
   Через несколько метров спуска скала вдруг неожиданно уходит из-под меня, образует над головой нависающие уступы-карнизы. Теперь я полностью повисаю в пустоте, от меня до стены сейчас несколько метров. Равновесие удержать очень трудно, и я, повинуясь неведомым силам, раскачиваюсь сначала в одну сторону, а затем в обратную. Ощущение от таких вращений не очень приятное. Пока я борюсь с закручиванием и пытаюсь продолжить спуск, Володя Трушков уже достиг полки у грота и встал на нее. Вниз, к ребятам, уходит команда: «Закрепить надежно страховку Трушкова!» Ее тут же передают по телефону наверх.
   Володя, не дожидаясь меня, начинает работу по навеске перил. Слышен стук молотка и звон вгоняемых в расщелины скальных крючьев. Стараясь не делать резких движений, стремлюсь плавно, без вращений закончить свой спуск. Хотя и с трудом, но это мне удается, и через минуту я «подъезжаю» прямо к отверстию грота. Правда, от меня до него не менее пяти метров пустоты.
   Достаю металлическую кошку и, размахнувшись, бросаю ее в отверстие грота. Но то ли сила броска мала, то ли шнур запутался, но кошка до цели не долетела. Зато я снова получил толчок к закручиванию и новую возможность несколько раз обозреть круговую панораму окрестностей. Следующие броски более удачные. Кошка долетает до входа в грот, но на ровном пыльном полу ей не за что зацепиться. Раз за разом она стягивает за собой в бездну лишь мелкий щебень и пыль. Мои попытки раскачаться на веревке маятником и закачнуться в грот также ни к чему не приводят. Кажется, я попал в сложную ситуацию, и единственный выход из нее — это спуск вниз, к реке, потом возвращение по берегу к ферме, подъем из каньона реки на плато и снова километр к месту старта. Значит, второй вариант для нашего грота непригоден и единственный путь в него — по горизонтальной полке.
   Но Трушков, с интересом наблюдавший за моими усилиями и манипуляциями, предлагает более простой и быстрый путь в грот. Через 10—15 минут он закончит навеску перил и пройдет по полке во внутрь грота. После этого Володя поймает шнур и подтянет меня за него в грот. Я, не раздумывая долго, принимаю это предложение.
   Теперь уже я в роли зрителя наблюдаю за работой Трушкова на полке. Дело у него спорится, хотя и приходится подолгу искать трещины для крючьев. Уж больно здесь ненадежные скалы. Ветер и вода, холод и жара постоянно разрушают известняк, которым сложены эти стены. Но Володя опытный скалолаз, он хорошо чувствует скалу и знает ее особенности. Вот забит еще один крюк. В проушину металлического клина простегнут карабин, а в него продет узел капроновой веревки. Два-три метра осторожного передвижения по полке — и со звоном в трещину вби вается следующий крюк. Снова карабин, снова узел веревки, и вот уже скальная полка постепенно переходит в пол грота. Кажется, все. Трушков ступает под своды грота, забивает в его стену последний крюк для перильной веревки и надежно закрепляет ее в карабине. Самая трудная часть нашего пути успешно преодолена.
   Теперь наступает моя очередь, и Володя очень легко подтягивает меня за шнур к входу. Небольшое усилие в последний момент — и вот он, наконец-то, долгожданный грот. Чтобы не упустить свою спусковую и страховочную веревки обратно в пустоту, освобождаюсь от них, предварительно закрепив в карабине перил. Володя уже приготовил два конца самостраховки, которые позволят нам безопасно передвигаться по небольшой площадке грота, предупредят любую возможность падения. Сейчас прямо перед нами 60-метровый обрыв к реке, а за спиной, в гроте, темное отверстие колодца неизвестной пока глубины.
   Сообщаю криком вниз о благополучном достижении грота и даю разрешение на спуск к нам Миши Загидулли-на. Но спускаться предлагаем ему по пути Трушкова. Сейчас уже ясно, что этот вариант более удобный и безопасный. Мы же с Володей приступаем к исследованию грота.
   В нескольких метрах от входа его пол обрывается колодцем. Брошенные в темноту отверстия камни летят недолго: что-то около пяти-семи метров. Но один из камней после падения еще некоторое время катился вниз. Значит, колодец, судя по всему, имеет уступ или еще какое-либо узкое продолжение. Выяснить это можно, только спустившись в него. Для этого у меня в рюкзаке уложена бухта тросовой лестницы. Трушков вбивает для ее навески скальный крюк и, закрепив концы лестницы в карабине, сбрасывает ее в колодец. Она с шумом и звоном летит вниз, а из глубины грота, из-за колодца, вдруг вылетают несколько голубей. Они, лавируя между стенами и нами, с громким хлопаньем крыльев вылетают наружу. Оказывается, здесь уже есть свои хозяева! Но откуда все-таки они вылетели? Пройдя к самому краю колодца, видим, что за ним какое-то небольшое отверстие. Если попытаться осторожно пройти по правой стене грота над устьем колодца, то можно попасть к этому отверстию. За то время, пока Загидуллин будет готовиться к спуску, а затем и спускаться, мы попробуем осмотреть продолжение колодца.
   Сначала сложный участок стены над устьем колодца преодолевает В. Трушков. Он выбирает наиболее безопасный путь, затем это же приходится проделать и мне. По ту сторону колодца уже темно, и мы включаем свои фонари. Небольшой по размерам овальной формы горизонтальный лаз уходит в глубь массива. На полу мелкий щебень и перья птиц. Стены и потолок очень сырые и покрыты толстым слоем так называемого «монд-мильха» — лунного молока. В одной из ниш хода на полу обнаруживаем гнездо: в нем, широко разевая желтые рты и удивленно тараща на нас глаза, сидят несколько птенцов диких голубей. Стараясь не задеть гнездо, обходим его. Потолок постепенно снижается, и вот уже нужно встать на колени, а дальше и вовсе можно проникнуть только ползком. Еще через несколько метров лаз становится непроходимым для человека, и мы поворачиваем назад.
   В гроте, на перемычке, нас уже ждет Михаил Загидуллин. Как у нас было условлено ранее, в колодец вместе со мной пойдет он, а Володя Трушков останется на страховке. Миша привычным движением встегивает в спусковое устройство веревку и начинает спускаться в колодец. Но уже через несколько метров спуска снизу доносится его голос: «Стою на дне!» Как мы и предполагали, глубина колодца оказалась не более пяти метров. Спускаюсь к Загидуллину по лестнице. Он уже успел осмотреть дно колодца и обнаружил в стене вертикальную расщелину — единственное продолжение дальше. При свете фонаря видно, что она круто уходит вниз. Все верно, об этом ходе нам с Трушковым уже рассказали брошенные в колодец камешки.
   Сталкиваем в расщелину оставшийся моток лестницы. Протискиваюсь в щель первым, для равновесия придерживаюсь за перекладины руками. Через несколько метров крутого наклонного хода на пути движения вертикальный уступ. Не отрываясь от лестницы, заглядываю вниз и замираю на месте от удивления: все вокруг заполнено голубым прозрачным льдом. Природный холодильник! А ведь буквально в пяти метрах отсюда, за каменными стенами пещеры светит яркое майское солнце, начали зеленеть леса, цветы яркими пятнами раскрасили поляны. Здесь же царит настоящая зима! Лед мощными каскадами застыл на стенах, бугрится торосами на полу, а с потолка свешивается четырех-пятиметровыми сосульками. Две-три сосульки доросли до пола и образовали ледяные колонны. Они словно подпирают свод пещеры, принимая на себя всю тяжесть потолка.
   Форма у ледяных сталактитов несколько необычная: они заострены с боков и изогнуты книзу. В общем, они своим видом напоминают огромные висячие сабли. От входа в глубь пещеры дует легкий ветерок — он-то и является виновником искривления ледяных сталактитов. Лед — штука ненадежная. От любого шума, неловкого движения или просто весеннего тепла вся эта масса льда в несколько тонн весом может обрушиться вниз, на пол. Поэтому при осмотре ледяной галереи стараюсь соблюдать предельную осторожность. Через два-три десятка метров она заканчивается узкой, в ладонь шириной, вертикальной трещиной. Больше нигде нет никаких ответвлений — значит, это вся пещера. Не теряя времени, вместе с подошедшим Мишей Загидуллиным с конца пещеры начинаем вести топосъемку. После, по данным съемки, мы вычертим план. Он поможет понять ее происхождение и станет документальным подтверждением полного прохождения нами новой пещеры.
   Меньше чем за час мы управились с топосъемкой и описанием всей пещеры. По пикетажному журналу съемки длина ее составила чуть меньше 100, а глубина — около 20 метров. Конечно же, мы рассчитывали на большее, но такова судьба у исследователей подземного мира. Сегодня она дала нам возможность пройти всего лишь около сотни шагов по никем не хоженой пещере, а завтра она же может подарить радость открытия подземного лабиринта в сотни, а иногда и тысячи метров длиной или глубиной. Но сейчас мы довольны и этой, пройденной нами сотне метров. Ведь грот «Юношеский» стал для нас первой открытой и пройденной пещерой.
   На приметном месте в гроте оставляем придавленную камнем записку следующего содержания: «4 мая 1970 года С. Баранов, М. Загидуллин и В. Трушков прошли этот грот полностью. Длина ходов около 100 метров. В верхнем ходу при раскопках узости возможно продолжение. Предлагаем оставить за гротом название «Юношеский». Тут же, у входа в грот, за вбитый повыше скальный крюк натягиваем шнур — на нем флаг из красной материи. Ветер вытягивает его из наших рук, и вот уже алое полотнище трепещет под его порывами. Ребята снизу громкими криками салютуют флагу, машут руками. А мы, бросив прощальные взгляды на грот, начинаем спуск к реке, туда, где нас ждут товарищи и поздравления с одержанной победой. Мы уходим из грота счастливые и с полным сознанием того, что отныне на географических картах нашей области исчезло, и не без нашей помощи, еще одно «белое пятно».

Читать далее
К оглавлению книги "Колумбы шестого океана"


Разместил: Chibilov | Дата: 03.03.2006
[ Напечатать статью | Отправить другу ]
Последние статьи
· Об охране пещерных биогеоценозов
· География карста Челябинской области и проблемные поиски карстовых (подземных) вод
· Фотографии из штолен Слюдорудника
· Спелестологические перспективы Южного Урала
· Спелеологические работы на суходоле реки Сим
· Чемпионат по спелеологии в Санкт-Петербурге
· Экспедиция в пещеру Сухая Атя на радио Южный Урал
· Фотографии пещеры
· Спелеолог Семен Баранов: Ни я, ни мои товарищи не встречали на Южном Урале снежного человека
· Пещера Сухая Атя

Рейтинг@Mail.ru Красная Книга Челябинской области | Ильменский заповедник | Жужелицы (Carabidae, Coleoptera) мира